October 10th, 2011

Не чавкай!

Это статья Коли Карабаинова (сто лет его не видел) о гопоте города Улан-Удэ 1960-1990-х гг. Этакая "антропология гопоты".

От Коли (лет 7-8 назад, когда мы, этакие "специалисты по молодежным субкультурам", познакомились в Москве) я и узнал словечко "чавы": "Не менее важным являлось расхождение группировок в Улан-Удэ по социально- этническому признаку. По нему они делились на два основных лагеря. Один лагерь образовывали «чавы» – молодые жители рабочих поселков, районов индивидуальной застройки, в большинстве своем дети из семей рабочих, русские... Второй лагерь составляли «чуваки»; в основном то была молодежь, населявшая благоустроенную часть Улан-Удэ, дети из семей интеллигенции, местной элиты, преимущественно буряты".

Почему это в У-У называлось "чавы" - я так и не в курсе. Не помню, был в курсе Коля или нет?

Ну ныне многие в курсе, что в Англии гопота это chav(s). "Под словом «чав» чаще всего понимают белых подростков, выходцев из рабочих семей, которые отличаются антисоциальным, агрессивным поведением и нередко привлекаются к ответственности за распитие спиртного в общественных местах, нарушения, связанные с наркотиками, драки и другие формы подростковой преступности", - пишет тетушка Вика.

Ну не фига себе Улан-Удэнские гопари на бритаских повлияли! - так я изумился, когда узнал о словечке chav(s). Вообще, конечно, супер, а не совпадение.

Вика предполагает: "Слово «чав», вероятно, ведёт происхождение от цыганского «chavi», означающего «ребёнок» (возможно также от «chavo» — «мальчик» или «chavvy» — «юноша». В английский язык это слово могло попасть через диалектное «charva», которым называют невоспитанного, непослушного ребёнка".

В Улан-Удэ почти уверен, что от это пришло от цыган (забавно, что звучит столь аллитерационно относительно стильяжьего "чуваки", которые (см. цитату), кстати, встали в У-У в спарринг к чавам). Ну а какие еще варианты?

Это не про политику, это про дела экзистенциальные

Против «доминирующих», против истэблишмента, против «власти» - надо быть/существовать, а не бороться. Побеждать все это силой собственного существования, а не направленного действия.

Силовое содержание "чувств"

Сила нынешнего режима во многом покоится на том, что его противники испытывают к нему "чувства", тогда как сторонники никаких чувств к нему не испытывают.

В прежние времена это ослабляло бы режим, делало бы его практически беспомощным. Страстью побеждались деспотии и империи.
Теперь же что-то изменилось, причем, существенно. Страсть ослабляет, а не усиливает человека (какая трагедия для искусства! на чем строить теперь литературу и кино?). Выставляет его дурачком каким-то, причем, слабым дурачком. А когда-то делала подвижником. Может что-то изменилось в "публике", может быть, страсть - не та. Может, и переживающие эту страсть - не те, что раньше. Раньше были страстотерпцы, теперь страстотерпилы.

Как суды трактуют оскорбления/унижения?

Тут вот некоторая "юридическая" беседа случилась. Запрошу помощь специалистов-юриспрудентов.

Обсуждали ситуацию, которая когда-то имела место быть в наших краях: одного политика под выборы оппоненты "опиарили" в том смысле, что он - гомосексуалист. Чем дело кончилось, никто уже не помнит.
Но вот начали мы проблематизировать.
Допустим, политик подает в суду по пункту "оскорбление, то есть унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме". Если суд выносит решение в его пользу, то значит суд открыто признает, что "гомосексуализм это очень плохо" (примерно как воровство или убийство). Как это согласуется с нормами современности? Европа же за такое осудит.
Если же он не выносит в связи с тем, что "гомосексуализм не может быть оскорблением", то опять как-то странно получается.

Как суду выкручиваться?

Кто-то в разговоре сказал, что по закону оскорблением считается то, что истец считает оскорблением. А это как? Например, человека, который не профессор, назвали профессором, и он может что-то отсудить, доказав, что для него это звучит как оскорбление?

Неувядающий ритор Ильич

Готовлю тут красивый тост на одно мероприятие (хочется, чтобы люди выпили от души). Собираюсь там процитировать известную фразу Владимира Ильича Ленина: "Адвоката надо брать ежовыми рукавицами, ставить в осадное положение, ибо эта интеллигентная сволочь часто паскудничает" (В.И. Ленин).

Я вообще в своей революционной молодости любил в тему и не в тему вставлять финишную часть фразы: "эта интеллигентная сволочь часто паскудничает". Ярко двинул Ильич.

Но я вот запутался со ссылкой. У меня написано, что у Ленина это том 49 (Полного собрания), стр. 150. А в Интернете идут ссылки на страницу 156. Не хочется обижать собутыльников неточностью ссылки. Может, есть у кого под рукой ПСС, гляньте - страницу.

Трудовой принцип

- Я никогда не отказываюсь ни от каких работ, даже если совершенно ничего не понимаю в работе.
- Как-то это? Почему?
- Понимаешь, до того, как выясняется, что я не справляюсь со служебными обязанностями, я успеваю несколько раз получить заработную плату. А для того, чтобы продержаться несколько зарплат опыта у меня хватает.

Интервью и все такое

Для человека абсолютно бесстатусного я дал в жизни довольно много интервью и особенно всяческих комментариев. Но ни разу в жизни меня не приглашали на радио. Сегодня это случилось. Я записался в часовой передаче, ответив на 21 вопрос.

Оказывается, радио это настолько комфортнее телевидения! Сидишь практически за чашечкой чая, лопочешь и...
Во-первых, нет никакого нервирующего эффекта камеры и скалообразного оператора за оной. Во-вторых, ты точно знаешь, что твои слова попадут к аудитории точно в таком варианте, в каком ты их произнес.
Короче, зовите, радиожурналисты! Мне понравилось.

Журналисты мне говорили когда-то, что моя гуманитарная привычка рассматривать любой предмет с максимально возможного количества точек зрения (по этой привычке и навыку мы, гуманитары, узнаем друг друга) - очень для них удобна. Я действительно всегда сознательно ренегатствую, никогда не обозначаю плоских однозначных позиций. Я называю минусы, потом называю плюсы (или наоборот), а журналисты чаще всего потом отрезают себе то, что требуется, исходя из редакционной политики или общей задуманной ими логики "сюжета".

Потом люди интересуются, почему в этом СМИ губер у тебя вышел чуть ли не распоследним чмордосом, а вот в этом эффективным управителем региона? Сколько тебе заплатили и почему ты есть такой подонок? Удивительное дело, но в обоих случаях я говорил совершенно одно и то же. Просто журналисты отрезали то, что им было нужно.

И я никогда не спорю. Я ведь действительно ЭТО говорил.

В конце концов, есть этот блог. И то, что я думаю о том или ином предмете в многомерной перспективе (а я стараюсь думать только так), можно прочитать здесь.

Так вот радио чем опасно - тем, что там особо не отрежешь то, что надо.

Подсказки для КПРФ

Бедой КПРФ, мне кажется, всегда была избранная доминантой стратегия этакой "программирующей виктимизации". Мы, мол, представляем интересы жертв, мы этакая "партия жертв". В 1990-е КПРФ строила из себя этакую "Партия обманутых дольщиков Советского Союза". Это перешло и в 2000-е. Всяческое: голодные, босые, униженные, оскорбленные, мы за вас! Партия "старых, бедных, больных". Гуманизм социального работника в основе политического образа политической партии. На том полетели и пролетели.

"Партии жертв" не побеждают. Более того, если человеку внушают, что он жертва (даже через успокоительное и ободрительное сообщение о том, что мы, мол, будем представлять твои, жертва, интересы), то он и становится таковой.

КПРФ же следовало больше играть на агрессии, исходящей от некого чувства собственного достоинства. Вспомнить классиков, наконец. У Маркса и Ленина пролетариат это все-таки не сообщество жертв, не "униженные и оскорбленные". Пролетариат это могильщик, гегемон, кулак, булыжник, короче, в морду дать может. Он не молит о помощи, не плачется про унижение, он именно что готовится дать в морду.

Если бы КПРФ сыграло на чем-то таком - агрессии и чувстве собственного достоинства - это было бы очень интересно. Какие-то расклады в политической жизни могли бы перемениться. Может, в эту кампанию удивят чем? Если не побоятся рискнуть кадровым электоратом и попытаются перестать быть "партией старых, бедных и больных". Хотя едва ли. Ситуация для них крайне благоприятная, учитывая серьезный настрой против ЕР. Можно не рисковать и не экспериментировать.