May 21st, 2017

Из наставлений молодым. И старым.

Перед тем, как называть Юлю Юльчей, Люду Люсей, девушку по имени Саша Шурой или Саней, девушку по имени Женя Жекой, Машу или Марину Марусей, Таню Танюхой, Катю Катюхой, Любу Любаней, Олю Лёлей, Лену Лёсей, Аню Нюрой и т.д. - следует аккуратно выяснить, не бесит ли этих людей, если их так называют?
Не все то, что кажется нам общепринятым, является частнопринятым. Да и общепринятым не всегда оно является.

Из записной книжки.

Вот для рассказа хорошо название "Орнитолог прилетел". А для романа - "Полет орнитолога".

"... устыдясь отсталости своих познаний, он много читал по ночам и в дождливые дни, и очень скоро принюхался к тому особому запаху - ЗАПАХУ ТЮРЕМНЫХ БИБЛИОТЕК - КОТОРЫЙ ИСХОДИЛ ОТ СОВЕТСКОЙ СЛОВЕСНОСТИ" (В.В. Набоков, "Подвиг").
Понятно, почему столь изысканно Набоков отзывается о советской словесности.
Я же поймал себя на том, что Советский Союз и по сейчас пахнет для меня небольшими общественными библиотеками - сначала школьной библиотекой, потом библиотечкой в доме отдыха Олха, потом детской (или юношеской?) библиотекой в Академе. Последний запах Советского Союза, который я помню - запах истфиловской библиотеки, в которую я, первокурсник, явился попросить роман Хулио Кортасара "Выигрыши". И все. Дальше запах теряется. Ну и СССР просуществовал после этого визита за "Выигрышами" всего три с небольшим года. Потом уже пошли "проигрыши".

Придумал дзен-буддийский коан.
Что лучше: поэт или кошка?
(в женских устах вообще отлично звучит: "Кого завести? Поэта или кошку?")

Студентке Марии, которая будет делать доклад последней в семестре.
"Маша, есть вишенка на торте, а вы будете Машенькой на торте".

"О чем спорить и дискутировать? Не понимаю. Еще и про политику. Поезд дискуссий ушел уже давно и без пассажиров".

На оргсобрании одного мероприятия.
Кто-то из присутствующих предлагает позвать блогера NN.
Главный: "Так, кто тут может вспомнить и процитировать последний пост NN?"
Все молчат.
Главный: "Так, никто. Тогда на х... он нам нужен?"

Из записной книжки.

Есть обычай на Руси
Водку пить под Дебюсси.
(сочинилось на исполнении сонаты Дебюсси 1915-го года; Константин Сероватов - фортепьяно, приезжий Француз Французович - виолончель).

На концерте представляют сюиту Стравинского: "... и неожиданно гротескная третья часть...".
Отлично подойдет для женского дискурса: "Какая-то я сегодня вся неожиданно гротескная!"

"У него гильотина вместо головы"
("гильотина на плечах").

Хорошее из одного начальничка: "Так, все ветряные мельницы мы победили, давайте еще и с водяными мельницами посражаемся, нам же, б..., делать не хер".

NN уходит с публичной лекции.
- Ладно, я пошел. Расскажите потом, что дальше было?
- Расскажем. Как ты любишь - в комиксах и в матах.

Слоган для книжного фестиваля.
"Собрать бы книги все и сжечь".