July 16th, 2017

Из записной книжки.

- Вот прикол - Диккенсовская Англия и Викторианская Англия это одна и та же Англия!
- Ага, только пахнут по-разному. Диккенсовская - Фридрихом Энгельсом. А мы Викторианская - Василием Ливановым.

Из даденного интервью.
- А какие настроения в вашем регионе?
- Ну у нас такой маниакально-депрессивный регион...

- Когда борцы с "обществом спектакля" погибают, они попадают...
- В общество антракта?

"Привычка быть всеми любимым когда-нибудь погубит тебя",- сказал я ему аж в 1995 году.

Угроза.
"Домой поедешь в цинковом белье".

"Мы с вами шутим на настолько разных языках, что видимо оба считаем друг про друга лишенными чувства юмора".

Молодцы!

Хорошо и культурно погуляли лягушатники. Вот что значит цивилизованный европейский народ!
(цит.) "Во Франции в ходе празднования Дня взятия Бастилии сожгли около 900 машин. Задержано порядка 370 человек, сообщает TV5Monde. Телеканал отмечает, что в прошлом году было сожжено меньше машин — всего 855, но задержанных оказалось больше — почти 580 человек. В МВД также сообщили, что за 13-14 июля ранения получили 13 полицейских и военных. Представитель ведомства подчеркнул, что число поджогов и драк в этом году удалось снизить благодаря повышенным мерам безопасности и мобилизации сотрудников правоохранительных органов".

У времени в плену.

СССР воспитывал ощущение, что мы этакий "филиал будущего". Мы первыми достигли самого главного в истории и рано или поздно "нас все достигнут".
В 1990-е быстро воспиталось ощущение "арьергарда". Мол, мы очень и очень сзади и надо успеть, догнать, вскочить на уходящий поезд.
В благословенные 2000-е было ощущение, что все в порядке. Более или менее совпадает со всеобщим движением. Миллионы людей впервые в жизни поехали заграницы на свои деньги, и для них это стало просто выездом заграницы, а не путешествием в недостижимый рай небесный и обратно (ощущение возвращенцев перестроечных времен).
А сейчас? Сейчас, по-моему, никак. Чистый постмодерн. Вне большого исторического времени, вне большого исторического движения, вне всего "большого"... А как? Просто так? Сами по себе. Равно как и все - сами по себе.

"Благоволительницы" Джонатана Литтелла.

1. Рассуждения о войне интеллектуала-эсэсовца (во время расстрелов в Бабьем Яру). В оконцовочке цитаты гениальное, на мой взгляд.
"Я вылез из оврага, мне налили чаю; теплое питье немного меня взбодрило. Луна, бледная, зыбкая, в три четверти, повисла на сером небе. Для офицеров соорудили какую-то небольшую халупу. Я вошел и сел в глубине на лавку покурить и допить чай. Там находились еще трое мужчин, но никто не разговаривал. Внизу трещали залпы: гигантский, запущенный нами механизм неутомимо и методично продолжал истреблять людей. Наверное, конца этому не будет никогда. С начала истории человечества войну воспринимали как наибольшее зло. Но в сравнении с тем, что изобрели мы, война представлялась честной и ясной, многие уже стремились вырваться отсюда, чтобы укрыться за простой правдой фронта и сражений. Даже безумные мясорубки Мировой войны, через которые прошли наши отцы и офицеры постарше, казались почти справедливыми и чистыми рядом с тем, что мы явили миру. Я считал это необыкновенным, поразительным. Мне представлялось, что именно здесь находится нечто основополагающее, и если я сумею это понять, то все для меня станет понятным, и я смогу наконец обрести покой. Но думать у меня не получалось, мысли сталкивались и разбегались в голове, словно поезда метро, с грохотом проносящиеся мимо станций во всех направлениях и на всех уровнях. Да, собственно, никого и не заботило, о чем я там думаю. Наша система, наше государство не придавало ни малейшего значения рефлексиям своих верных служителей. Государству было безразлично, из каких соображений мы убивали евреев, из ненависти, или для того, чтобы сделать карьеру, или даже потому, что в некоторой степени получали от этого удовольствие. Точно ему было безразлично, что мы не испытываем ненависти ни к евреям, ни к цыганам, ни к русским, что нам не доставляет никакой радости уничтожать их, абсолютно никакой радости. Ему было бы безразлично, даже если бы мы отказались убивать, да и санкции бы не последовали, ведь государство отлично знало, что резервы потенциальных убийц неисчерпаемы, что людей в его распоряжении сколько угодно, что с тем же успехом можно подключить нас к решению других задач, в большей мере соответствующих нашим способностям. К примеру, Шульц из 5-й айнзатцкоманды, получив Fuhrerbefehl, ходатайствовал о своем переводе на новое место, в итоге его освободили от должности и, говорят, определили на хорошее место в Берлине, в государственную полицию. Я тоже мог просить разрешения уехать, и, конечно, Блобель или доктор Раш дали бы мне хорошие рекомендации. Почему же я этого не делал? Просто я еще не понял того, что стремился понять. Да и пойму ли когда-нибудь? Ничто, пожалуй, не вызывало больших сомнений. У меня в голове постоянно вертелась фраза Честертона: «Я никогда не говорил, что тот, кто идет в волшебную страну, всегда неправ. Я только сказал, что он всегда подвергается опасности». Так вот что такое война — уродливая волшебная страна, место игр невменяемого ребенка, который, заходясь от смеха, ломает свои игрушки и веселится, выбрасывая посуду из окна? ...".
2. Нацизм как порождение "классической немецкой философии".
"... Весной 1939-го я защитил диссертацию и вступил в СД, тогда много говорили о войне... Мы подолгу обсуждали сложившуюся обстановку с доктором Бестом, моим научным руководителем и в некотором роде наставником в СД. Теоретически, утверждал он, нам нечего бояться войны; война — это логическое завершение Weltanschauung, мировоззрения. Цитируя Гегеля и Юнгера, он аргументированно доказывал, что государство способно достичь пика абсолютного единства только во время и посредством войны: «Если индивидуум сам по себе есть отрицание государства, то война — отрицание этого отрицания. Война — событие, которое, как никакое другое, формирует основы коллективного существования народа, Volk»...".

Цель власти – сама власть.

"Благоволительницы" Джонатана Литтелла.
"... Einzelaktionen, то есть акции, предпринятые по личной инициативе, приравнивались к обыкновенным убийствам и карались. Фон Рок, опираясь на приказ верховного командования вермахта о дисциплине, обнародовал распоряжение, согласно которому солдаты, самовольно открывшие огонь по евреям, получали шестьдесят дней ареста за неповиновение; в Лемберге, по слухам, унтер-офицера осудили на шесть месяцев тюрьмы за убийство какой-то старой еврейки...".
Читал про такое и в научных исследованиях. Про то, что могли "из СС уволить за жестокость". За инициативную, субъектную жестокость.
Хорошая картинка к известному тезису о том, что первейшая цель власти это сама власть, а не то, ради чего она используется. Казалось бы, ну какое власти дело до того, что еще один еврей будет убит каким-нибудь унтером на улице, а не в общем рву? Но власть этого не хочет. И карает она за это не из гуманизма, а потому, что первейшая ее цель - управляемость, дисциплина. Да-да, не убийство жертв, а контроль за палачами - вот что для власти важнее всего. В системе ты должен быть винтиком. Любая субъектность системного винтика должна быть заблокирована, наказана. Инициативное убийство это угроза потери управляемости, угроза для самой власти. Поэтому она строго следит за всем таким.

Желание революции и нежелание революции.

Правильное и неизменное устройство мира – это скучно. Преобразовывать мир бессмысленно, но интересно. Борьба с несправедливостью это борьба против скуки. Борьба за "более лучшее" мироустройство это борьба за интересную жизнь. И это выбор между "скучно" и "интересно", а не между "правильно" и "неправильно". "Неправильно" тождественно "интересно", поэтому оно правильно для тех, для кого "правильно" и "интересно" это одно и то же. Такая вот диалектика.
Но есть и те, кто готов мириться со скукой ради "правильно". И так тоже бывает.
Это все про, скажем так, внутреннюю политическую жизнь. Во внешней, в международной политике именно та сторона, что признает "неизменяемое естество" природы международной политики (реализм, декларирующий неизменность силовой природы политики, всяческой борьбы-войны), выглядит стороной "интереснее". А сторона, например, "привнесения улучшений" (либерализм) выглядит стороной скуки.

Из одной педагогической дискуссии.

Самое правильное и прочное этическое воспитание это эстетическое воспитание. Самые прочные основания этики в эстетике. Лучшая этика – эстетика! Воспитание этического должно осуществляться через воспитание эстетическое.
Герои должны быть красивыми и привлекательными. Предатели должны быть мерзкими и отвратительными. Подлость должна вызывать отвращение не тем, что она "плохая", а тем, что она "некрасивая". Она должна быть неприятна людям потому, что она некрасиво выглядит, а не потому, что она не соответствует каким-то там высоким заповедям. Эстетика это и есть лучший этический ограничитель, тот самый отговаривающий от совершения неправильных поступков сократовский "даймон".
Как это воспитывается? Да книжками в первую очередь, ибо примеры из жизни на каждом шагу не валяются. Книжками Жюля Верна, например. Да хоть "Два капитана"... Хоть Александр Грин.

Социальная действительность устроена событийно, а не структурно.

Воображаемые сообщества – где они существуют? В головах, где же еще? Но речь не об этом.
Для сформированной, сформулированной молодежности очень хорошо, если есть некое «сакральное событие в судьбе молодежи, про которое можно сказать: до этого события было иначе, чем после него.
Конфликт поколений из-за жизненных ценностей и художественных вкусов – сейчас редкость. Может быть, антипутинская «тема Навального» что-то поменяет, тем более, конфликт поколений вокруг нее конструируется со страшной силой с обеих сторон.
Субкультуры сейчас это не жить в структурно организованном (воспроизводящемся) укладе, а участвовать в событиях. Разовых и неповторяющихся. Субкультуры как 24-часовой образ жизни ушли. Субкультуры, в которых надо или можно было ЖИТЬ, ушли. Сейчас на первом месте создание разовых событий и участие в разовых событиях, после которых продолжения этих событий как бы нет.
Молодежность это масштабный флеш-моб. Это, когда пришли тусанулись под придуманное тематическое и разошлись. Это когда перевод он-лайн в офф-лайн, когда движуха, массовуха. Ищем клад, участвуем в волонтерской акции, едем на великах через весь город, проходим квест… Тут «делают себя» через ивент, а не разворачивание нарратива. Это не так, как было у… панков, например. Панков нет. Но можно поиграть в панк-вечеринку разок или может быть и другой.
Это плохо для политики, ибо она устроена по-другому. Политику надо как-то длить. Политика есть некая вмененная обязательность участия в процессах, а этой «обязательности» современный человек противится. В политике на регулярные собрания активистам надо ходить. А этого никто не хочет делать. Хотя разок у куба постоять можно. Для фоток.
Если политика устроена ивентно (по-современному), то за ней надо придумывать другой ивент, потом другой… Главная проблема Навального – как поддержать накал, энергию, как не сбиться с темпа в мире, где господствует событийная сингулярность.
Действительность устроена ивентуально, а не структурно. Структуры не выходят на улицы, но туда выходят события. Управлять действительностью можно через события, а не через структуры.

Антисталинист-государственник.

NN - интереснейший типаж антисталиниста-государственника. Он критикует сталинские репрессии не из гуманистических, а из государственно-прагматических соображений. Мол, много полезного человеческого материала было впустую загублено. Мол, неправильно, когда способные, полезные для страны и настроенные совершенно лояльно к власти люди этой властью уничтожаются. Тем более, за несовершенные преступления. Сталинизм для него это несоблюдение государственных интересов. И этого для достаточно, чтобы быть антисталинистом.
Интересно с ним потрепаться. Интересно, когда знакомая и, кстати, близкая мировоззренческая позиция обосновывается как-то иначе, вырастает-прорастает из других (не очень привычных) установок.

Алексей Анатольевич информирует о "конструктивной" составляющей своей политической позиции.

"В.Варфоломеев― Давайте начнем с конструктивной позиции, конструктивных предложений, как нас учит президент Владимир Путин. Вопрос от Сергея: «Вот вы в Кремле. Через 9 месяцев, кстати, примерно инаугурация нового президента должна состояться. Путин не президент. И что дальше?»
А.Навальный― Мы начинаем план реформ, о которых говорим, который предусмотрен нашей программой, и эти реформы будут направлены на борьбу с бедностью и на то, чтобы Россия перестала быть сырьевым придатком. Эти реформы, конечно, будут направлены в том числе на значительные политические перемены, на демократизацию страны...".
На первом месте - БОРЬБА С БЕДНОСТЬЮ! Надежда либеральной интеллигенции в случае победы собирается бороться не с Путиным, а с бедностью! Вот как бывает-то.
Мне коммент написали (остроумный): "Насколько могу судить о борцунятах не по троллям из сопредельных республик, а по реальным примерам, эти люди рассуждают примерно так: "в РФ пенсия 200 евро, во Франции бывший директор завода, за которого вышла замуж моя однокурсница, получает пенсию 5000 тыщ евро. Очевидно, что разницу 4800 кладет себе в карман кремлевский ворюга".

"Рассекреченный".

У всякого прочитавшего много книг человека при встрече с каким-нибудь интересным феноменом в жизни первый вопрос, а описано ли это в художественной литературе?
Вот уникальный феномен - человек, который ненавидит и мстит тем, кто просто очень хорошо понял, кто он такой на самом деле. Дело даже не в том, что "знает его слабости", а именно просто очень хорошо понял его - "рассекретил", так сказать. Отсюда и ненависть, и месть, совершенно непонятная для окружающих, ибо не вписывается ни в какие рамки здравого смысла, никак "практически" ее не объяснишь. Ненависть человека к тем, кто узнал его главную тайну - кто он такой на самом деле.
Бывали в художественной литературе такие герои? Или героини? У женщин, наверное, такого не бывает. Так что вопрос про героев.

Отец русской власти.

Фёдор Васильевич Басёнок — воевода великого князя московского Василия Тёмного. Активный участник "великой замятни" - борьбы Василия Темного и Дмитрия Шемяки.
Интересный финт в прочтении русской истории от Андрея Фирсова. Воевода Басёнок объявлен им автором первой в отечественной истории "перестройки" или "административной реформы". Басёнок разделил Государев двор на Дворец, занимавшейся хозяйственно-административными делами, нуждами великого князя в первую очередь, и Двор, "военно-административную корпорацию, ставшую ядром вооруженных сил Московского великого княжества" (А. Зимин, "Витязь на распутье"). Двор - министерство обороны, Генеральный штаб и Совет Безопасности одновременно. Это выделение военного дела в отдельное ведомство, создание специальной "военной машины", с точки зрения Фирсова, и есть рождение Русской власти, России, как мы ее знаем.
Случилось сие в 1447 году. Некоторый 570-летней юбилей в этом году.
PS: (цит.) "Фёдор Басенок был ослеплен по приказу Ивана III 27 августа 1463 года. Причина внезапной опалы и наказания в летописях не называется. После ослепления он прожил еще около 17 лет". В общем досталось создателю Русской власти.