May 6th, 2020

Сон приснился по "апориям Зенона".

Но вдвойне абсурдный. В нем, когда Ахиллес пробегал какое-то расстояние, черепаха проползала еще бОльшее расстояние. То есть расстояние между ними не сокращалось, а увеличивалось с каждым рывком Ахиллеса.
Какой-то античный мудрец в хитоне и почему-то в бабочке рисовал это на доске мелом в одной из аудиторий физико-математического корпуса ИГУ (в той, в которой в 2001 году на меня упала часть потолка). Дорисовав, он сказал: "Это особая секретная апория Зенона - она про бездну разворачивающуюся не внутрь, а вовне".

Две маленьких жизни.

Закончив "Маленькую жизнь" Ханьи Янагихары, принялся мучить дальше "Жизнь Арсеньева" Ивана Бунина.
Не то, что это была совсем плохая идея - я, кстати, собирался наконец-то освоить "Угрюм-реку" - но внутри меня закипело что-то вроде борьбы западников со славянофилами. Почки западничества против печени славянофильства.
Славянофилы пока проигрывает. Думаю, может включить фоном широко обсуждаемый запрещенный выпуск "Никиты-бесогона", чтобы поддержать отступающую сторону? Фоном, ибо созерцать толсто-кошачий бесогонский лик я уже давненько не в состоянии. Но над бархатистым голоском поулыбаться - это я в силах.

Из записной книжки.

Социал-дарвнистский репортаж с петлей на шее.

Понятие времен недокарантина и полусамоизоляции.
Куар-кот, который гуляет сам по себе.

NN о своих друзьях-приятелях.
"Мои друзейки". "Один мой друзейка...".

Яндекс сообщает, что у Дьяченок есть роман "Vita Nostra".
Так-то отличное название для медицинской клиники.

У штангенциркуля штаны
Во все стороны равны.

Словечко приснилось. Из русского "кривой" и английского "revival".
Кривайвал.
Просто не слово, а понятие для социальных наук.

При царе Сан Саныче.

Эпоха Александра III у Бунина, точнее про бунинское описание "духа времени" ("знамения времени") той эпохи.
"... Гордость в словах Ростовцева звучала вообще весьма не редко. Гордость чем? Тем, конечно, что мы, Ростовцевы, русские, подлинные русские, что мы живем той совсем особой, простой, с виду скромной жизнью, которая и есть настоящая русская жизнь и лучше которой нет и не может быть, ибо ведь скромна-то она только с виду, а на деле обильна, как нигде, есть законное порожденье исконного духа России, а Россия богаче, сильней, праведней и славней всех стран в мире. Да и одному ли Ростовцеву присуща была эта гордость? Впоследствии я увидал, что очень и очень многим, а теперь вижу и другое: то, что была она тогда даже некоторым знамением времени, чувствовалась в ту пору особенно и не только в одном нашем городе. Куда она девалась позже, когда Россия гибла? Как не отстояли мы всего того, что так гордо называли мы русским, в силе и правде чего мы, казалось, были так уверены? Как бы то ни было, знаю точно, что я рос во времена величайшей русской силы и огромного сознанья ее...".
Интересно, врёт нобелевский лауреат (ну, сочиняет, выдумывает) или и правда перед финальными кризисами и окончательной катастрофой империи пожила Россия в блаженном славянофильском раю?