October 27th, 2020

Перед лицом своих товарищей торжественно…

(цит.) "Сегодня ситуация в стране такова, что многие опасаются открыто высказывать свои политические взгляды. По данным исследований, так чувствуют 77% республиканцев. В атмосфере наступления левого фронта, появления социальной цензуры (в отличие от нас, цензура в Америке идет не сверху, а снизу – из соцсетей, сослуживцев, соседей), когда во многих местах публичный отход от либеральной ортодоксии может быть чреват последствиями – от оскорблений и остракизма вплоть до потери работы — консервативная публика предпочитает молчать. Многие из них либо отказываются принимать участие в опросах, либо говорят неправду..." (М. Таратута).
Это, наверное, и есть то самое настоящее гражданское общество. Торжество общественной цензуры, при котором силовая государственная цензура не только недопустима, но как бы и не нужна. Кстати, если бы это общество поменьше заливалось на темы реальных индивидуальных свобод к нему и вопросов было бы меньше. Все ведь беды - включая, репутационные - не потому, что мы плохие, а потому что мы упорно провозглашаем себя хорошими (и, что особенно стремно, себя пытаемся в этом убедить). смайл.
Большую часть жизни я наблюдаю за тем, как работает эта общественная цензура в кругах т.н. "либеральной интеллигенции", чего только не видел - это довольно сильное и странное зрелище, когда люди в общем-то хорошие (уж точно не склонные к подлости и лжи), ведут себя как наивные трусы в токсичных ситуациях, по сути, оправдывают и подлость, и ложь, ибо тусовочные санкции слишком страшны, да и в целом гражданская совесть не позволяет подорвать единство рядов.
Но парочка вопросов остается.
Во-первых, отличается ли эта общественная цензура качественно и количественно (по силе давления) в ситуациях, когда прогрессивные тусовки находятся в маргинализированной оппозиции, и когда они находятся в мейнстримовом доминировании? Расслабляются ли они во втором случае? Опыт российских девяностых был слишком коротким, чтобы успеть сделать окончательные выводы насчет последнего предположения, а другие опыты мне неведомы. Да и либеральная интеллигенция тогда в девяностые (тогда она называлась демократической интеллигенцией) воевала с угрозой коммунистического реванша, с тоталитарным прошлым, то есть, толком не расслаблялась, пусть и находясь на доминирующих позициях.
Во-вторых, какова специфика чисто общественной цензуры в кругах, в которых более принято надеяться на силовые ресурсы государственной власти? Сугубо общественное давление там больше или меньше, чем у либералитета? Допускаю, что меньше, например. Ибо зачем, если на твоей стороне Левиафан? Кого-то удивит, но большого собственного опыта в этой области у меня нет. Я вырос и живу в основном среди либеральной интеллигенции, ее психологию и нравы я знаю, как свои пять пальцев. Тусовки государственников и патриотов (именно тусовки, а не отдельные личности) мне известны только по публикациям, медийным высказываниям и фейсбуку, так что можно сказать, что про их "правила" я и не знаю ничего существенного.

"Лавр".

Дочитал "Лавра" Евгения Водолазкина. Впереди Томас Пинчон. Старина П.Р. прессует меня им уже много лет, а я и не читал ничего. Попробую.
Тем, кто не хочет повторить мой читательский подвиг, а желает цитировать из "Лавра" что-нибудь крутецкое, рекомендую пользоваться самыми последними в "Лавре" строчками.
(цит.) "В самом конце шествия... купец Зигфрид из Данцига, оказавшийся здесь по торговым делам...
Что вы за народ такой, говорит купец Зигфрид. Человек вас исцеляет, посвящает вам всю свою жизнь, вы же его всю жизнь мучаете. А когда он умирает, привязываете ему к ногам веревку и тащите его, и обливаетесь слезами.
Ты в нашей земле уже год и восемь месяцев, отвечает кузнец Аверкий, а так ничего в ней и не понял.
А сами вы ее понимаете, спрашивает Зигфрид.
Мы? Кузнец задумывается и смотрит на Зигфрида. Сами мы ее, конечно, тоже не понимаем" (конец цитаты).
Этого достаточно.

Нехорошее кино про "хорошего человека".

1.
Посмотрели "Хорошего человека" Богомолова.
Сериал состоит из сплошных штампов и очень идиотских придумок, но смотреть в принципе интересно.
Из хорошего. Никита Ефремов - отличный актер. Надеюсь, задвинет Петрова с Цыгановым. Никита очень похож на молодого Гребенщикова, которого и сыграл в "Лете". В общем видеть молодого БГ в образе маньяка-убийцы довольно прикольно.
Из плохого. Моя любимая Ксюша Собчак - отвратительная, деревяннейшая актриса. Я даже не ожидал. Все в сериале родного мужа портит.
2.
Дополню отзыв на "Хорошего человека" товарища Богомолова-Собчак (интересно, сколько раз в последние годы Ксюша слышала шутку про "самку Богомолова"?).
Последняя (и отчасти предпоследняя) серия "Хорошего человека" это кошмар и профессиональный позор. Сценарий пошел вразнос, куски не склеиваются, о логике поведения героев авторы перестали думать вообще, диалоги вероятно сочинялись-писались на капоте.
В оправдание звездной пары замечу, что это, по-моему, беда всех отечественных сериалов - в концовках поджимает дедлайн, поэтому попираются все каноны профессионализма, лишь бы успеть вовремя сдать культурный продукт.
PS: Мелкой халтуры, кстати, хватает. В абсолютно холостяцком жилище бывшего следака (в свое время изнасиловавшего от большой любви собственную дочь и уволенного из органов коррупционным начальством за приверженность ценностям честной ментовской работы) на шкафу стоит ваза со свежими цветами. Блин! Ну откуда у холостяка ваза с цветами? Еще и на шкафу! Вероятно у кого-то из дам в съемочной группе был день рождения, подарили цветы, вот и засунули их в кадр-сцену. Просто так. Чтобы кадр предметами наполнить. Алексей Герман негодует на том свете и грозит режиссерам, у которых такое возможно, адским пламенем.
PSS: Еще интересно, актрисе Юлии Снегирь брови скотчем стягивают, чтобы она драматически хмурилась во всех своих ролях, или она сама так может делать часами?