За забором.
В философии, к сожалению, отсутствует "лестница наращивания понимания". Которая есть, например, в математике, когда сначала изучаешь простые числа, потом простые арифметические действия, потом... ну и так далее до высот высшей математики.
Выдать за такую "лестницу вхождения" многие пытались историю самой философии (мол, развивалась она от простого к сложному - от водички Фалеса до титанических ГЭС абстрактного мышления у Гегеля), но это сделать очень непросто. Встанет колом в горле и китайской стеной поперек "лестницы вхождения" какой-нибудь Аристотель, которому по уровню сложности стоять бы где-нибудь попозже, а он воткнулся на пути после милейшего и простейшего Диогена. Да даже после вполне себе перевариваемого Платона. А после Аристотеля опять вполне себе кампанейские ребята вроде Сенеки.
Вхождение в философию это долгое наворачивание кругов вокруг огороженной территории, с попытками прислушаться и даже принюхаться, что происходит там внутри, в поисках какой-нибудь "дырки в заборе", щели, лазейки. И если удастся ее обнаружить и проникнуть внутрь, то - вот чудо! - понимаешь сразу все.
Выдать за такую "лестницу вхождения" многие пытались историю самой философии (мол, развивалась она от простого к сложному - от водички Фалеса до титанических ГЭС абстрактного мышления у Гегеля), но это сделать очень непросто. Встанет колом в горле и китайской стеной поперек "лестницы вхождения" какой-нибудь Аристотель, которому по уровню сложности стоять бы где-нибудь попозже, а он воткнулся на пути после милейшего и простейшего Диогена. Да даже после вполне себе перевариваемого Платона. А после Аристотеля опять вполне себе кампанейские ребята вроде Сенеки.
Вхождение в философию это долгое наворачивание кругов вокруг огороженной территории, с попытками прислушаться и даже принюхаться, что происходит там внутри, в поисках какой-нибудь "дырки в заборе", щели, лазейки. И если удастся ее обнаружить и проникнуть внутрь, то - вот чудо! - понимаешь сразу все.