Лангобард (langobard) wrote,
Лангобард
langobard

Ад на земле среди моря.

В "Острове Сахалин" Чехов просто и без прикрас описывает "ад на земле". Ад, созданный природой и людьми. Для людей.
Оценить абсолютную бесстрастность описания можно в любом фрагменте. Меня зацепил этот: "Цепи и тачка стесняют арестанта, он старается делать возможно меньше движений, и это, несомненно, отражается на его мускулатуре. Руки до такой степени привыкают к тому, что всякое даже малейшее движение сопряжено с чувством тяжести, что арестант после того уж, как наконец расстается с тачкой и ручными кандалами, долго еще чувствует в руках неловкость и делает без надобности сильные, резкие движения; когда, например, берется за чашку, то расплескивает чай, как страдающий chorea minor".
Читатель наверняка ждал от Антона Павловича хоть капли, хоть крупицы, хоть лучика "гуманизма русской литературы", читал и верил, что вот-вот сейчас промелькнет свет, надежда, что Чехов покажет что-нибудь светло-человеческое (божественное?), таящееся в людях и ждущее возможности проявить себя. Дочитывал до конца и не обнаруживал ничего. "Остров Сахалин" оказывался этаким "Левиафаном" Звягинцева - надеешься всю дорогу, что этот кошмар закончится, а он так и не заканчивается.
В одном эпизоде Чехов отваживается на гениальное. Показывает и себя частью этого ада. Это честная история о "неоказании помощи" - им, врачом.
(цит.) "Утро было сырое, пасмурное, холодное. Беспокойно шумело море. Помнится, по дороге от старого рудника к новому мы на минутку остановились около старика-кавказца, который лежал на песке в глубоком обмороке; два земляка держали его за руки, беспомощно и растерянно поглядывая по сторонам. Старик был бледен, руки холодные, пульс слабый. Мы поговорили и пошли дальше, не подав ему медицинской помощи. Врач, который сопровождал меня, когда я заметил ему, что не мешало бы дать старику хоть валериановых капель, сказал, что у фельдшера в Воеводской тюрьме нет никаких лекарств".
Все! Никакого продолжения. Никакого спасительного человеческого благородства. "Нет никаких лекарств" и... они "поговорили и пошли дальше".
Tags: Литература
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Очередной пост из серии "великие мысли великого Кисы".

    Тут, правда, мысль великого Аденауэра. Генри Киссинджер: "Как-то раз я отвечал Аденауэру, сетовавшему на отсутствие сильных лидеров в Германии 50-х…

  • Обоюдные проколы.

    Есть люди из оппов, которые совершенно не верят в свою исключительность, в собственное моральное и интеллектуальное превосходство над окружающими на…

  • "Я теряю корни...".

    Метафора "корни" навеки приватизирована всякими "традиционалистами". От нее за версту несет нафталином, архаикой, дремучестью... Всегда жалел об…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment