Короеды и усачи.
Выскажусь еще по одной активно обсуждаемой в области теме.
В нынешнем управлении лесными угодьями Иркутской области есть то, за что можно сказать большое человеческое и эстетическое спасибо губернатору С.Г. Левченко – министром лесного комплекса он сделал человека с почти идеальной для политической сатиры фамилией Шеверда. Выражения вроде «пока не случилась большая шеверда» или «не боитесь, что всем будет полная шеверда?», если не навсегда, то надолго стали элементами иркутского политического юмора.
Недавно министр Шеверда, обложенный прокуратурой со всех сторон (замминистра, кстати, под арестом), выдал публичное разъяснение, почему под видом больного леса у нас вырубается здоровый: «Это да, здоровый лес зеленый. Он уже пройден пожаром. В нем заселились короеды. Короед — это небольшое совершенно насекомое, полтора-два миллиметра, оно селится под корой и ест камбий. То есть сокодвижение нарушается. Конечно, от короеда он немножко дольше будет засыхать, пока численность увеличивается. Тогда он нападает уже и на здоровые деревья. Но основное — потом, когда ослабевает дерево, на хвойные насаждения нападают усачи: еловые усачи, сосновые усачи. Они уже повреждают само дерево. Вот говорят, почему у нас деловая древесина получается. Потому что мы осуществляем рубку до момента заселения короедами».
https://www.irk.ru/news/articles/20190224/forest/
Я бы сказал, что это самое сильное художественное описание того, что происходит в Иркутской области из того, что мне встречалось. Описание механизма нашей коррупции. Вчитайтесь только: «Короед — это небольшое совершенно насекомое, полтора-два миллиметра, оно селится под корой и ест камбий. То есть сокодвижение нарушается…». Еще и усачи, которые «повреждают само дерево». Так это же про то, что у нас происходит, и про тех, кто это все устраивает! Про наших областных короедов и усачей!
У меня давно назрели по поводам вроде «лесного» два вопроса, один большой, другой тоже большой.
Во-первых, почему областная власть, которой с самого начала было хорошо известно, что она будет под пристальным вниманием, что силовиков, что высоких лиц из столиц, что просто неприкормленных лиц с собственной позицией, рискнула обрасти таким количеством собственных коррупционных опухолей? Откуда все-таки такая борзость? Почему нельзя было обойтись без этого и губернатору Левченко отработать срок чистенькими, чтобы потом и он и любые члены КПРФ могли козырять этой чистотой на всех выборах?
Во-вторых, постоянно вспоминаю о том, что в КПРФ довольно много людей, совершенно искренне настроенных на «вычищение скверны» и «наведение порядка»? Почему им нельзя было поручить самые опасные направления, вроде лесного, а профессиональные бюрократы были бы приставлены к ним в качестве этаких комиссаров, ответственных за документоз? Тогда и правительство губернатора-коммуниста выглядело бы солидно-антибуржуазным, и множества проблем можно было бы избежать. Почему губернатор-коммунист укомплектовал областное начальство обычным жуликоватым отечественным чиновничеством, которое, как оказалось, совершенно не побрезговало пуститься во все тяжкие? – вот один из самых интересных вопросов к губернаторству Сергея Георгиевича.
В нынешнем управлении лесными угодьями Иркутской области есть то, за что можно сказать большое человеческое и эстетическое спасибо губернатору С.Г. Левченко – министром лесного комплекса он сделал человека с почти идеальной для политической сатиры фамилией Шеверда. Выражения вроде «пока не случилась большая шеверда» или «не боитесь, что всем будет полная шеверда?», если не навсегда, то надолго стали элементами иркутского политического юмора.
Недавно министр Шеверда, обложенный прокуратурой со всех сторон (замминистра, кстати, под арестом), выдал публичное разъяснение, почему под видом больного леса у нас вырубается здоровый: «Это да, здоровый лес зеленый. Он уже пройден пожаром. В нем заселились короеды. Короед — это небольшое совершенно насекомое, полтора-два миллиметра, оно селится под корой и ест камбий. То есть сокодвижение нарушается. Конечно, от короеда он немножко дольше будет засыхать, пока численность увеличивается. Тогда он нападает уже и на здоровые деревья. Но основное — потом, когда ослабевает дерево, на хвойные насаждения нападают усачи: еловые усачи, сосновые усачи. Они уже повреждают само дерево. Вот говорят, почему у нас деловая древесина получается. Потому что мы осуществляем рубку до момента заселения короедами».
https://www.irk.ru/news/articles/20190224/forest/
Я бы сказал, что это самое сильное художественное описание того, что происходит в Иркутской области из того, что мне встречалось. Описание механизма нашей коррупции. Вчитайтесь только: «Короед — это небольшое совершенно насекомое, полтора-два миллиметра, оно селится под корой и ест камбий. То есть сокодвижение нарушается…». Еще и усачи, которые «повреждают само дерево». Так это же про то, что у нас происходит, и про тех, кто это все устраивает! Про наших областных короедов и усачей!
У меня давно назрели по поводам вроде «лесного» два вопроса, один большой, другой тоже большой.
Во-первых, почему областная власть, которой с самого начала было хорошо известно, что она будет под пристальным вниманием, что силовиков, что высоких лиц из столиц, что просто неприкормленных лиц с собственной позицией, рискнула обрасти таким количеством собственных коррупционных опухолей? Откуда все-таки такая борзость? Почему нельзя было обойтись без этого и губернатору Левченко отработать срок чистенькими, чтобы потом и он и любые члены КПРФ могли козырять этой чистотой на всех выборах?
Во-вторых, постоянно вспоминаю о том, что в КПРФ довольно много людей, совершенно искренне настроенных на «вычищение скверны» и «наведение порядка»? Почему им нельзя было поручить самые опасные направления, вроде лесного, а профессиональные бюрократы были бы приставлены к ним в качестве этаких комиссаров, ответственных за документоз? Тогда и правительство губернатора-коммуниста выглядело бы солидно-антибуржуазным, и множества проблем можно было бы избежать. Почему губернатор-коммунист укомплектовал областное начальство обычным жуликоватым отечественным чиновничеством, которое, как оказалось, совершенно не побрезговало пуститься во все тяжкие? – вот один из самых интересных вопросов к губернаторству Сергея Георгиевича.